Мир пристрастен

17 333 подписчика

Свежие комментарии

  • Воробей
    Основная ценность всех этих феноменов квантового уровня в том, что они указывают на искусственность Матрицы нашей Реа...Физики обнаружили...
  • Амфибрахий Дактилев
    Эти древние города и пирамиды праславян уже начали строить? Я к тому, что уверенность в тексте по этому поводу. А что...Главные тайны Сибири
  • Амфибрахий Дактилев
    Громше...Главные тайны Сибири

Природа все понимает, но сказать не может

Природа все понимает, но сказать не может

Немецкий математик Йоханнес Кляйнер, сотрудник Мюнхенского центра математической философии, доказал, что все вокруг разумное. Как, и камни? И деревья? И звезды? Ну да. Мы поговорили с Йоханнесом о том, почему камень не убегает, когда его бьют, может ли Земля рассердиться на людей, и куда деваются мысли и воспоминания умерших людей.

Природа все понимает, но сказать не может
Кометы сгорают, и на помощь других комет не зовут, звезды превращаются в черные дыры, и не жалуются Фото: Shutterstock

«Никто не доказал, что люди видят мир одинаково»

- Йоханнес, все это немного попахивает религией. Мы привыкли, что религия толкует о «душе», а наука говорит: нет никакой души, это наш мозг производит «картинки», и, когда мозг умирает, тут и душе конец. Разве не так?

- Действительно, подавляющее большинство ученых, работающих над сознанием, поддерживают учение, которое называется «физикализмом». Эти ученые считают: все, и, в частности сознание, является физическим или, по крайней мере, полностью описывается законами физики. Есть множество вариаций этой точки зрения, но, так или иначе, все они сходятся на том, что сознание - не более, чем функция нашего мозга.

Является «физикализм» «правильным» учением, или «неправильным», то есть действительно ли наш сознательный опыт сводится к работе мозга, - вопрос, на который ученые не могут дать ответ уже очень долгое время.
Что же мы можем сделать «здесь и сейчас»? Экспериментально проверить различные теории о том, как сознание соотносится с нашим физическим мозгом, то есть попытаться испытать разнообразные «теории сознания».

Природа все понимает, но сказать не может
Немецкий математик Йоханнес Кляйнер, сотрудник Мюнхенского центра
математической философии, доказал, что все вокруг разумное

Что это за «теории сознания»? Большинство таких теорий, которые предлагались исследователями в прошлом - физикалистские. Они выбирают для исследования какую-то функцию мозга, и выдвигают подробную гипотезу о том, каким образом эта функция «создает» наше сознание. Но в последние годы был предложен ряд новых теорий сознания, которые отбрасывают физикалистские «одежды». Они построены на метафизике и пытаются развить именно метафизические идеи о том, как сознание связано с материей. Например, идеализм утверждает: единственное, что существует, - это сознание. Панпсихизм учит, что каждый физический объект обладает своим сознанием. Есть еще теория с замысловатым названием «двойственный монизм», которая утверждает, что реальность в принципе не является ни психической, ни физической – она «нейтральна».

Таким образом, в науке действительно полным ходом идет переосмысление «физикализма». Окажутся ли эти новые теории более успешными, чем старые, жестко материальные теории? Мы пока не знаем, ответ дадут только будущие эксперименты и исследования.
  

(Физикализм (physicalism): крайняя степень материализма. Все в мире можно пощупать и измерить, а что нельзя, того и нет. Термин придумали в 1930-х годах австрийцы Отто Нейрат и Рудольф Карнап. Физикалисты говорят: представьте картину, состоящую из множества точек. Каждая точка – это часть материи. То, как они расположены – «информация», «дух», «сознание» - называй как хочешь. Нет «точек» (материи) – нет и этого вашего «духа». Это учение приняли далеко не все, и именно в борьбе с ним родились самые захватывающие современные теории. Например, что разум существует сам по себе, или что кроме нашей Вселенной, есть множество параллельных. В результате оживились такие древние учения, как придуманный еще греками идеализм (существует только сознания, а материя нам лишь кажется) и его бесчисленные вариации.) 

- Все это так или иначе крутится вокруг того, что ученые называют «сложной проблемой сознания». Мне кажется, она такая «сложная» потому, что нам не дано выйти за пределы нашего мозга, мы – его пленники. Например, я не могу залезть в вашу голову и проверить: вы видите красный цвет так же, как его вижу я? Все надежды – на математику, она, мол, «объективная» наука, но ведь и математика родилась в нашем мозгу. То есть опереться нам не на что.  

(«Сложная проблема сознания» (hard problem of consciousness) – попытка ответить на вопрос, как, например, «сладкое» (с химической точки зрения – всего лишь сочетание тех или иных веществ) превращается у нас в голове в понятие «сладкого». Шире – как устроены «фильтры», через которые мы воспринимаем реальность. Термин придумал в 1995 году исследователь Дэвид Чалмерс, но на самом деле проблема стара, как мир, и о ней рассуждал еще Платон. В 1974 году вышла программная статья Томаса Нагеля «Что значит быть летучей мышью», в которой он доказывал, что мы никогда не проникнем в сознание даже такого простого существа, как летучая мышь. Все изучим, мозг просветим, а в ее мысли не залезем. Это значит, как ни крути, что мысли, разум, «душу» нельзя объяснить через материю.) 

- Сознание имеет много особенностей, которые представляют проблему для научных исследований. На мой взгляд, одна из самых важных особенностей – это то, что обычно называют «несопоставимость». Что это значит? Без теории сознания мы никогда не узнаем, совпадает ли ощущение, которое вы испытываете, когда смотрите на голубое небо, с тем, что испытываю я, когда вместе с вами смотрю на точно такое же голубое небо. Мое и ваше ощущения несопоставимы, потому что они субъективны и принадлежат только нам.

Несопоставимость - огромная проблема. Ведь для того, чтобы выдвинуть любую теорию сознания, нам нужно экспериментально сравнить сознательный опыт нескольких субъектов. В итоге получается замкнутый круг. Чтобы создать теорию, надо сопоставить, чтобы сопоставить, нужна теория.

Природа все понимает, но сказать не может
Поскольку физический мир описывается в терминах математики, теории сознания
также должны использовать математику. Фото: Shutterstock

Может ли математика помочь выйти из этого проклятого круга? Я думаю, да. Математика позволяет нам создавать инструменты, которые выходят за рамки того, что могут дать другие методы. Например, если мы не можем что-либо сопоставить напрямую, мы можем разработать математический алгоритм, который позволит использовать соотношения между разными сознательными опытами. Это во многом снимет проблему несопоставимости. А самое главное, математика поможет нам более-менее уверенно рассуждать о «темных зонах», то есть о том, о чем мы не имеем никаких фактов и, скорее всего, никогда их не получим. Именно об этом – моя недавняя статья.

Математика полезна для изучения сознания точно так же, как она полезна при изучении, например, квантовой механики. Квантовую механику невозможно понять с точки зрения повседневного опыта. Но ее легко представить в математических терминах. Точно так же и с сознанием. Именно математика может помочь преодолеть границы нашего мышления.


У природы есть сознание, но нет воли

- Давайте теперь поговорим о ваших исследованиях. Вы опираетесь на интегрированную теорию информации. Я понимаю ее по-простому: мы изначально предполагаем, что Вселенная разумна, делаем математические расчеты, и смотрим, что получается. Но ведь это просто трюк! Есть вещи, возможные математически, но невероятные в жизни, например, лента Мебиуса. 

(Интегрированная теория информации создана нейробиологом Джулио Тонони. Если очень упрощать, теория говорит: а давайте поставим в центр исследований не мозг, а душу. Неважно, существует она или нет, мы просто попробуем. Из этой теории как раз и следует, что вся Вселенная, и все в ней в отдельности, обладает сознанием. Теорию приняли далеко не все, хотя она неплохо объяснила некоторые явления, например, роль мозжечка, который на первый взгляд мозгу не нужен. Чтобы проверить ее по-настоящему, нужны суперкомпьютеры: вычислительной мощности тех машин, что есть, пока недостаточно.) 

- В вашем изложении получилась скорее не интегрированная теория информации, а панпсихизм (теория о всеобщей одушевленности природы). Правда, многие в самом деле думают, что интегрированная теория информации и панпсихизм – по сути одно и то же. На самом деле панпсихизм – это скорее вывод из интегрированной теории информации, а не ее отправная точка.

Но не будем придираться, и лучше ответим на суть вашего вопроса: а откуда мы знаем, что все это правда? Как и в случае любой другой теории, только из эксперимента! Мы должны проверять теории сознания так же, как мы проверяем физические или биологические теории. Если теория делает предсказания, которые подтверждаются в эксперименте, у нас есть основания полагать, что теория верна.

Но поставить такой эксперимент не так просто, как думают многие исследователи. Недавно мы с коллегой изучали современную парадигму проверки теорий сознания. Мы обнаружили, что, если «физикализм» верен, то обычные схемы, по которым обычно ставят эксперименты, приводят к серьезным проблемам. Однако, ситуация не безнадежна. Можно придумать такой эксперимент, который будет работать. Более того, такие эксперименты уже придуманы и даже ставятся. Остается немного подождать результатов.


- Если все во Вселенной имеет сознание, странно, что мы не видим признаков этого сознания. Мы видим, как насекомое убегает от опасности, но мы не видели, чтобы планета убегала от астероида. Как это объяснить?

- Это потому, что сознание отличается от воли. Теория может приписать сознание системе, но это не значит, что система вместе с сознанием сразу получает волю к действию. На самом деле, существует большой класс теорий сознания, которые описывают физический мир как «причинно замкнутый». Согласно этим теориям, сознание вообще не может на что-либо влиять или что-либо изменять в физическом мире. Таким образом, если теория говорит, например, что термостат, который следит за температурой вашего чайника, разумен, это не значит, что термостат должен демонстрировать какое-то «разумное поведение». Внешне все выглядит так, что термостат – это сделанный человеком прибор, который работает так, как запрограммирован, и никакого сознания у него нет. Интегрированная теория информации - теория именно такого типа. Планета может обладать сознанием, но от астероида убегать не будет.

- Какие экспериментальные факты свидетельствуют о том, что ваша математическая модель отражает реальность?

- Не так быстро! Давайте я объясню, в чем суть моей работы. Мои исследования связаны с созданием основы для теорий сознания. Я не работаю над какой-то одной конкретной теорией. Позвольте, расскажу про это чуть подробнее.

Как я уже говорил, теории сознания описывают, как физический мир связан с нашим сознательным опытом. Что такое этот «физический мир»? Да что угодно, от нейронов в мозге до крошечных элементарных частиц, из которых состоит все сущее и которые описываются квантовой механикой. Различные теории по-разному связывают сознание с разными уровнями физической реальности.

Поскольку физический мир описывается в терминах математики, теории сознания также должны использовать математику. Например, объяснить, как именно мозговые процессы генерируют сознание (если мы придерживаемся «физикализма»), или как мозг взаимодействует с сознанием (если мы верим, что сознание существует помимо мозга). Большинство теорий, которые были предложены на сегодняшний день, по понятным причинам используют как можно меньше математики. Но математика – это очень полезная штука (я уже пытался сказать, чем именно), так что самые современные теории применяют математику все чаще. Растет число теорий, которые используют нетривиальную математику, в частности, интегрированную теорию информации.

Однако, хотя многие из этих теорий приходят к интересным выводам, они не учитывают то, что делает сознание особым, уникальным и особенно трудным явлением для научных исследований. В частности, они игнорируют то, что я называю «эпистемологическими особенностями» сознания, то есть его неразрывную связь с личностью, невозможность передать свое сознание другому, сопоставить свой мир с чужим. Мое исследование посвящено изучению того, как эти свойства сознания воздействуют на математическую структуру теорий сознания. Также я пытаюсь выяснить, какой математический инструмент, если он вообще есть, годится для изучения сознания во всей его сложности. В результате я надеюсь получить математическую структуру, которую потом можно будет использовать для улучшения существующих теорий сознания, и для создания новых теорий.


Наука и религия давно не конкуренты

- Пока я четко понял только одно: природа все чувствует, но молчит. Кометы сгорают, и на помощь других комет не зовут, звезды превращаются в черные дыры, и не жалуются. Знаете, мне это напоминает квантовую механику. Возможно, читатель удивится, а физики удивились уже лет семьдесят назад: фотоны и прочие электроны прекрасно знают, что затеял экспериментатор, знают заранее. Но ничего не предпринимают, живут в тех условиях, какие предложены.

(Речь о классическом эксперименте Юнга, впервые поставленном аж в 1803 году (но на крутом техническом уровне его выполнили и объяснили много позже). У нас есть источник электронов (трубка от старого телевизора подойдет – только не делайте это сами, долбанет током). Есть экран, в который врезаются электроны. Между экраном и трубкой ставим две щели. Сначала пускаем электроны и просто смотрим на экран. Видим там характерную картину, как будто рябь на воде. Отлично, электрон – волна! Но теперь давайте следить за каждым электроном по отдельности (вот это уже научились делать лишь в ХХ века). Один полетел, другой… Смотрим на экран, а там вместо ряби – две четкие полосы. Электрон превратился в частицу! Но почему, мы ведь ничего не поменяли? Единственное объяснение: электроны «знают», что мы считаем их поодиночке, и превратились в частицы. Что они знают о нас еще, вот вопрос.) 

- Мне квантовая механика действительно очень интересна. Я думаю, она учит нас тому, как научные теории могут и не могут быть связаны с реальностью. Некоторые из физических теорий окажутся крайне полезными для исследования сознания. Однако я не верю, что существует прямая связь между квантовой механикой и сознанием. Например, часто говорят: электрон «знает», что с ним делает экспериментатор. Увы, это всего лишь метафора, которая описывает некоторые моменты теории. Если формулировать то же самое в точных терминах, там уже не будет никакого «знания» или «угадывания электроном будущего».

- В одном из интервью вы сказали, что ваши исследования – это революция в науке. Что именно может измениться в результате такой революции? Например, можем ли мы «убедить» Землю не продолжать глобальное потепление?

- Да, я твердо убежден, что использование математических инструментов в исследовании сознания вполне может привести к научной революции. Я считаю, что математика может объединить и синтезировать обширные знания, которые мы уже приобрели. Я также думаю, что она позволит нам найти совершенно новые способы мышления. В частности, мы сможем наконец найти теорию сознания, которая не будет «физикалистской».

- Вы изящно обошли мою «провокацию» про «убедить Землю». Но я буду настаивать: если у всего на свете есть сознание, нам придется просить Землю отдать нам полезные ископаемые, как это делали наши предки в древности? Пусть мой вопрос кажется смешным, но как нам общаться с мировым разумом, каким способом? Мыслями? С помощью адронного коллайдера?

- Мое исследование, и другие исследования сознания в целом, посвящены попыткам понять, что такое сознание и как оно связано с физическим миром. Это чрезвычайно сложный вопрос, и в лучшем случае мы найдем лишь некоторые ответы в течение нашей жизни. Возможно, существует совершенно новая, принципиально иная концепция реальности, к которой мы постепенно идем. Давайте наберемся терпение, будущее покажет.

- Тут и там люди видят «призраков» или «инопланетян». Да, фейковых сообщений много. Но часть – не спишешь на выдумку. Сможет ли теория «осознанности всего» объяснить эти странные явления?

- Я думаю, что явления подобного рода можно объяснить, не прибегая к какой-либо теории сознания.

- Я хотел бы прямо спросить: ваша теория говорит, что сознание не исчезает с человеком? Если да, то где оно «живет» после смерти и может ли проникнуть в другого человека? Почему мы не помним, кем мы были раньше?

- Это один из самых важных вопросов, которые мы, люди, можем задать. Большинство ученых, которые верят в «физикализм», ответили бы так: наука доказала, что сознание исчезает, когда умирает мозг. Но, как я уже говорил, «физикализм» - лишь один из возможных взглядов на проблему сознания, и далеко не единственный. Поэтому я скажу так: сейчас наука не может ответить на этот вопрос. К сожалению, мне кажется, она еще очень долго не сможет на него ответить.

Природа все понимает, но сказать не может

- Квантовые физики любят шутить: чтобы Вселенная существовала, требуется Бог, иначе за мирозданием некому присматривать. Вашей теории нужен Бог? И какой Бог - может быть, Бог чисел и математики?  

(Речь идет о принципе неопределенности Гейзенберга, на котором строится современная физика. Мол, ничто во Вселенной не существует, пока на этот объект никто не смотрит. Отвернулся – и твой дом пропал. Недавно мы подробно писали об этом, и там все очень непросто. Если кратко, камень, который теплеет днем, и охлаждается ночью, является «квантовым наблюдателем», благодаря которому ткань реальности не разрывается. Такими же наблюдателями являются муравьи, дельфины в море, наша Земля, Луна, что угодно. Согласитесь, тут до признания, что все вокруг нас наделено сознанием – полшага.) 

- Люди часто думают, что наука и религия конкурируют и противостоят друг другу. Я не думаю, что это так. Я думаю, что они взаимно дополняют друг друга. В частности, многие религиозные взгляды на сознание и его связь с физическими сферами могут стать основой научных теорий сознания.

- В науке считается, что теория хороша, если она предсказывает будущие события. Что вы предсказываете? Что будет с человечеством? С Землей, со Вселенной?

- Вы уже задали самые важные вопросы, на которые все хотят получить ответы. Я боюсь, пока что теория сознания не в состоянии ответить на них. Но я думаю, что это не главное, а главное – что люди постоянно думают о себе и своем сознании. Я надеюсь: как только появятся четкие экспериментальные данные о природе сознания, это произведет на общество серьезное впечатление. Может ли это изменить то, как мы взаимодействуем с природой и с собой? Я надеюсь, что да.

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ: МНЕНИЕ ЖУРНАЛИСТА

Это чтение не было легкой прогулкой, правда? Мы оба, я и Йоханнес, очень старались не умничать. Я задавал вопросы попроще, Йоханнес попроще отвечал. Но мы же не о рецепте сырников разговаривали - все равно «очень просто» не получилось. Я понимаю: в конце надо несколько совсем простых слов. Например: а что я, не физик, не математик, а просто много читающий человек, об этом думаю?

Я уверен в том, что все вокруг обладает сознанием. В отличие от Йохассенса, я думаю, что природа обладает и волей. Природа действует, но нам не дано проникнуть в ее разум. Комары, что вьются вокруг меня, наверняка заметили: сядешь на руку – погибнешь. Подберешься под воротник – добьешься успеха. Но понимают ли комары, что я – разумное существо, что мне больно, и я сознательно прихлопываю их, где замечаю? Вряд ли. Для них это своего рода закон природы. Точно так же то, что мы называем «физическими законами», может оказаться поведением разума более высокого порядка, нежели наш.

Что это меняет? Вообще-то все. Как ни крути, мы привыкли, что мир создан для нас. Камню не больно. Уничтожаем «сорняки», возделываем то, что «вкусно». Мы поступаем так, потому что мы так делали тысячелетиями, и это работало. Мы напоминаем тараканов за тяжелым шкафом, который много лет не двигали. Тысяча тараканьих поколений не могут ошибаться. Но мы-то знаем, что шкаф рано или поздно отодвинут. Конец света? Да, не хотелось бы бежать, как таракан, уворачиваясь от тапка.

Что это изменит? Вообще-то ничего. В начале XIX века люди мало знали о природе. Они воевали, врали и воровали. В начале XXI века люди знают о природе неизмеримо больше. При этом они воюют, врут и воруют. Пока шкаф не отодвинут, таракан не побежит.

Значит ли это, что можно копаться в повседневных делах, и не задавать лишних вопросов? Тут каждый решает за себя. Йоханнес сказал, что наука и религия больше не враждуют, а обогащают друг друга. И как тут не вспомнить о Лоте, который не веселился в Содоме? О Ное, который строил ковчег под насмешки окружающих? Между прочим, оба спаслись. Сказка? Конечно. Я же говорю, тут каждый решает за себя.

Автор: Евгений Арсюхин

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх